Питчинг в руки

Утром чистил почтовый ящик от всякого мусора, вот  письмо прямо в руки и упало. Что характерно, из спама. «Уважаемые авторы и правообладатели рукописей!..» Ну, и так далее. Короче, на питчинг приглашают. Не меня одного, а всех сразу, кто под рассылку подвернулся. Так сказать, чохом приглашают. Оптом. Или даже гуртом.

Правда, я сначала не понял, куда этот самый питчинг и какого он цвета. Но пошуршал интернетом — и просветился. Оказалось, что питчинг — это совсем не то, что я думал. Его на стенку не вешают и под вешалку не кладут. Это вроде как ярмарка, на которой автор публично озвучивает идею своего издательского проекта.

И вот автор озвучивает, а редакторы и финансисты в раздумье лбы потирают. Типа, прикидывают, стоит ли деньги в этого автора вкладывать, или ну его в самиздат, пока трамваи ходят.

У меня, если честно, от одного только слова «питчинг» изжога началась. Как-то сразу представил я этаких питчингменов местного разлива, нечто среднее между The New Yorker и журналом «Огонёк» эпохи перестройки. «О, my friend, your novel is a natural shit!» Ясно и без перевода: гуляй, Вася! На тебе и цента не заработаешь. Может, ты и талантливое по ночам ваяешь, да нашему медиа-дому твой novel всё равно что The New Yorker — стоп-сигнал. Он и без сигнала хорошо продаётся.

И пойдёт бедный Вася несолоно хлебавши, со своим baby-novel под мышкой. В лучшем случае — в интернет, в худшем — к издательству на поклон. И поведают ему, несведущему, про подготовку «совместно с автором презентации его издательского продукта». Про «определение группы медиа-домов, которые могли бы заинтересоваться данным продуктом», тоже расскажут.

И поймёт тогда автор: не романы он будет отныне писать. Не повести. И не рассказы. Будет он изготавливать коммерчески перспективный литературный продукт.